Наполеон

Нет ничего более легкого, чем быть занятым, и нет ничего более трудного, чем быть Результативным»
Ален Макензи

Как работал Наполеон

Наполеон

Послушайте историю.

Молодой человек родом из города Крыжополя без каких-то либо связей, только собственным умом и усилиями, в тридцать лет становится президентом России (а вам сейчас сколько?), и через всего десять лет его усилиями лежащая в разрухе Россия становится одной из сильнейших европейских держав…

Фантастика? Не угадали: это было.

Один молодой человек, такой же, как вы, только во Франции — это реально сделал. Родом он был из провинции Корсика, а звали его — Наполеон.

Так вот, еще раз: от вас он не отличался ничем. Ну, может быть, только своим умением работать.

Об этом короткий фрагмент из книги Бена Вейдера «Блистательный Бонапарт».

Он стремится предвидеть все, что должно произойти, так как полагаться на случай нельзя, следует всегда быть готовым ко всему, действовать без промедления.

Подобная сверхчеловеческая активность поражает даже наименее восторженного из всех людей, философа-пессимиста Шопенгауэра, который в упоении восклицает: «Бонапарт — самое превосходное воплощение человеческой воли».

В нем нет ничего от идеолога, ибо духу его в высшей степени присущи три великих качества государственного мужа: реализм, здравый смысл и воображение.

Реалист, он направляет свой безмерный гений на решение самых банальных вопросов.

– Каждому дню — своя черная работа, каждому обстоятельству — свой закон, каждому существу — своя природа.

Реалист, он умеет извлекать максимум из людей, которых он оценивает одним взглядом.

– Переходите ко мне, — предлагает он молодым предводителям роялистов, воюющим против него в Вандее, — мое правительство будет правительством молодости и ума.

Он вовлекает своих сотрудников, как гражданских, так и военных, в вихрь работы.

После восьмичасовых совещаний с наступлением ночи министры падают от усталости; он проходит позади кресел, встряхивая их за плечи:

– Ну-ну, граждане… Только два часа ночи… Надо как следует отрабатывать деньги, которые нам платит Франция.

Он часто приговаривает, как бы убеждая свое окружение:

– День — что век!

Реалист, он ставит интерес государства, на первое место как по необходимости, так и по внутреннему убеждению, осуществляя власть не только с неубывающей энергией, но и с неослабевающей дотошностью. Техническая организация рабочих дней императора — яркое свидетельство его усердия в этой области.

Поднявшись с рассветом, в халате, он просматривает личную корреспонденцию и газеты, принимая во время утреннего туалета врача, архитекторов или своего библиотекаря; пока он лежит в ванне, ему читают срочные депеши.

Он одевается, покидает свои апартаменты в 9 часов, принимает офицеров, членов своей семьи или сановников. Этот протокольный подъем — одновременно и часть рабочего дня, так как он вызывает к себе тех гражданских и военных лиц, которым хотел бы задать те или иные вопросы или от кого намерен потребовать объяснений..

Затем следуют короткие аудиенции, так как он, подобно Гете, знает тайну времени, и часто его синие глаза темнеют до черноты, когда какой-нибудь болтливый посетитель слишком долго испытывает его терпение.

Он завтракает в 9.30, но далеко не всегда, так как затягивающиеся аудиенции нередко позволяют ему выйти к столу только к 11 часам.

Ему жалко тратить время на еду, и он разделывается с этой неприятной обязанностью за 7—8 минут. Но эту короткую паузу он использует для того, чтобы принять артистов или ученых и назадавать им кучу вопросов.

После короткого отдыха в апартаментах императрицы он отправляется в свой кабинет и погружается в работу, то есть в управление империей, которая занимает половину Европы и насчитывает 83 миллиона жителей.

В соседнем топографическом кабинете разостланы карты, планы, схемы и статистические таблицы, они в случае нужды у него всегда под рукой.

Он бросает шляпу и шпагу на кресло и, расхаживая взад и вперед, диктует секретарю. Его тексты носят отпечаток этой нервной ходьбы: фраза прекрасно построена, но проста, так как его внимание занимают лишь идеи.

Изредка он останавливается, чтобы пролистать доклад или письмо: все темы его диктовок умещаются — вперемежку — в кладовых его памяти. В то время как секретарь начисто переписывает этот словесный поток, чтобы превратить его в текст депеш, Наполеон открывает присланные ему министерские досье и читает их, не пропуская ни одной детали, постоянно требуя комментариев, испещряя пометками почти все документы.

Потом следует подписание приказов, дипломов, депеш, которые сообщат всей Европе волю императора или выразят его неудовольствие.

Какой еще монарх с такой тщательностью изучал столько деталей! От него ничто не ускользнет.

Он скрупулезен в том, что касается императорского бюджета… «Получено 44800, израсходовано 39800, остаток 5000, плюс 15000 поступлений в марте, который кончается, итого 20000. 30 марта. Н.»

Он находит время писать статьи для официальной газеты «Монитор», председательствовать на Государственном совете и собственноручно писать королям или членам своей семьи.

Стенные часы в его кабинете бьют шесть раз — время обеда, и императрица, очаровательная, с естественной прической, головокружительно кокетливая, успокаивает приглашенных.

Случается, что часы бьют семь, восемь, девять ударов, иногда одиннадцать… Ушедший с головой в работу император забыл об обеде. Когда он наконец садится за стол на короткую четверть часа, он успевает дать указания гофмаршалу, прочесть срочные депеши или послушать выдержки из прессы.

После кофе он возвращается в кабинет, оставляя Жозефине заботу о гостях, и вновь принимается за диктовку или чтение.

Улегшись в 10 часов, он поднимается среди ночи, читает докладные, а главное — изучает в деталях армейские дела, откладывая в своей памяти передвижение полков, этапы трудного марша, число батарей, следит за ежедневным состоянием казны и финансов.

Часто будит секретаря, и диктовки возобновляются.

Такая же активность и во время военных кампаний, между двумя битвами, на любом бивуаке. После Эйлау, расположившись в замке Фимкенштейн в тысячах километров от своих министров, он продолжает управлять с той же уверенностью, спокойствием и пунктуальностью, как из своего кабинета в Тюильри: 310 писем войдут в его «Переписку» за эти пять недель.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *